В этом гаджете обнаружена ошибка

суббота, 17 декабря 2011 г.

Древние рыбы умели "ходить"

Ученые обнаружили, что умение ходить у живых организмов появилось задолго до того, как они вышли на сушу. Статья исследователей появилась в журнале Proceedings of the National Academy of Sciences.

Объектом исследования выступали африканские двоякодышащие протоптеры Protopterus annectens. Ученые поместили взрослую особь в аквариум и наблюдали ее с помощью нескольких высокоскоростных камер. В результате исследователям удалось установить биомеханику движения.

Как и подозревали ученые раньше - плавники протоптера непригодны для плавания (P. annectens движется всем телом как угорь), однако рыба использует их для того, чтобы отталкиваться ото дна. При этом есть два основных характера движения - "ходьба" (когда протоптер двигает плавниками по очереди) и "прыжки" (когда рыба отталкивается парами плавников одновременно).

По словам ученых, новые результаты заставляют пересмотреть эволюцию механики передвижения живых организмов. В частности, исследователи полагают, что древние рыбы девонского периода (416-360 миллионов лет назад) также могли использовать для передвижения подобную технику. Из этого, в частности, вытекает, что обнаруженные окаменелые следы, которые приписывают наземным живым организмам, могут принадлежать рыбам.

Источник: Lenta.ru

среда, 14 декабря 2011 г.

Климат и треска

Дальнейший рост концентрации углекислого газа в атмосфере и в водах мирового океана может вызвать неожиданное сокращение популяции атлантической трески из-за резкого повышения смертности среди мальков этой рыбы, заявляют европейские климатологи в статье, опубликованной в журнале Nature Climate Change.

Андреа Фроммель (Andrea Frommel) из Института
океанологии Общества имени Лейбница в городе Киль
(Германия) и ее коллеги проследили за судьбой мальков
трески в нескольких бассейнах с кислой водой.

Мальки костистых рыб, к которым относится треска и
большинство других промысловых видов, не обладают
жабрами и почками, которые защищают взрослых особей от
роста или падения кислотности. Повышение концентрации
углекислого газа в воде ведет к ее закислению, что
может негативно влиять на рост и жизнедеятельность
молодняка трески.

Группа Фроммель совершила экспедицию в район нереста
атлантической трески у западного побережья Норвегии в
2010 году. Они отловили небольшое количество икры и
мальков разных возрастов.

Для выращивания своих подопечных климатологи соорудили
три просторных загона в одном из норвежских фьордов.
Эти участки воды были отгорожены специальной сеткой,
которая пропускала воду и зоопланктон, но не давала
малькам покинуть их "детский сад". В каждый такой
вольер ученые поместили специальный компрессор, при
помощи которого исследователи могли поднимать и
опускать концентрацию углекислого газа до необходимых
им значений.

Фроммель и ее коллеги повысили концентрацию углекислого
газа в первом загоне до предполагаемой доли СО2 в
атмосфере в следующем столетии, а во втором "аквариуме"
до очень высокого уровня. Последний водоем остался в
первозданном виде и использовался в качестве дома для
контрольной группы мальков.

В каждую емкость ученые выпускали равное количество
икринок или мальков и регулярно отлавливали их в ходе
2,5 месяцев эксперимента. Климатологи препарировали
свой улов, изучали структуру их клеток и сравнивали
темпы их развития.

Мальки в емкости с высоким содержанием СО2 развивались
с серьезными аномалиями. В частности, масса тела этих
мальков была значительно больше, чем у рыб из емкости
со средним содержанием углекислоты и особей из
контрольной группы. Это объясняется тем, что треска из
двух других популяций расходовала питательные вещества
на выращивание "взрослых" органов - жабр, плавников и
пищеварительной системы.

Кроме того, значительная часть энергии мальков в
емкостях со средней и высокой долей СО2 уходила на
накопление запасов жира. Ученые объясняют это тем, что
многие клеточные механизмы, управляющие
"строительством" тела, отказываются работать из-за
нарушенного кислотно-щелочного баланса. По всей
видимости, сюда относились мускулы, жабры и другие
внутренние органы трески.

В подтверждение этого Фроммель и ее коллеги обнаружили
обширные повреждения в тканях печени, почек, глаз и
поджелудочной железы. Кишечник таких мальков был
заполнен враждебными бактериями, что говорит о
серьезном ослаблении иммунной системы.

В целом, около 12% мальков из бассейна со средним
уровнем СО2 и более 75% трески из емкости с высокой
концентрацией углекислоты страдали от множественных
повреждений тканей. По подсчетам климатологов,
количество выживших особей из "аквариума" с высоким
уровнем СО2 было в два раза ниже, чем число особей в
контрольной группе.

Таким образом, даже скромное увеличение доли
углекислого газа в водах мирового океана может привести
к серьезным проблемам для роста и размножения
промысловых рыб, заключают ученые.
МОСКВА, 11 дек - РИА Новости.

суббота, 10 декабря 2011 г.

Намыв напротив Сестрорецка: корюшку заменит лосось?

07.12.2011
Экологические последствия намывных работ в Финском заливе обсудили в Петербурге. О том, как расцветет берег Курортного района, какая райская жизнь настанет у птиц и рыб, а также как очистится вода, и в ней начнет нереститься лосось, рассказали на общественных слушаниях, организованных компанией «Северо-Запад Инвест». Вместе с многочисленными жителями Приморского и Курортного районов положительные стороны проекта образования новых территорий напротив Сестрорецка честно пытался увидеть корреспондент «Фонтанки».
Мероприятие было назначено на середину рабочего дня, но зал оказался переполнен. Причем прибыли на слушания не только жители Приморского района, для которых они, собственно, и были организованы, но и те, кто живет в Разливе, Сестрорецке, Тарховке, Александровской. «Нам раздали анкеты для заочного обсуждения, - пояснили они свой приход. – Но нас такая форма не устраивает. Мы хотим получить ответы на наши вопросы».
«Сам проект мы обсуждать не будем, - заявил руководитель PR-службы компании «Северо-Запад Инвест» Михаил Черепанов. – Предмет сегодняшних слушаний – оценка воздействия на окружающую среду (ОВОС)».
Начиналось обсуждение довольно скучно. Первые двадцать минут представитель компании подробно рассказывал о технологии работ – так называемом «намыве с отсыпкой» (методика вполне стандартная, давно известная и широко применяется в цивилизованных странах). Тем не менее, презентовали ее как революционный прорыв, убеждая всех поверить в то, что никакого ущерба Финскому заливу нанесено не будет.
Затем слово взял руководитель компании «Эко-Экспресс-сервис», выполнявшей ОВОС, эколог и гидротехник Владимир Шуйский. Он гордо сообщил, что у возглавляемой им организации «уже 19 лет опыта разработки проектной документации», а сфера ее деятельности – «регион Балтийского моря, ну, и другие моря бывшего Советского Союза». Из довольно пространного (по часам оно отняло около 40 минут) сообщения выяснилось, что берег Финского залива в Курортном районе крайне опасен – грунты здесь относятся к классу опасных и чрезвычайно опасных.
Сама же вода загрязнена, в ней отмечается повышенное цветение сине-зеленых, атмосфера тоже тяжеловата и не слишком здорова, а берег заболочен, из-за постоянных «подтоплений и оттоплений происходит абразия берегов» («Можно говорить по-русски?» - раздался мученический голос за спиной у корреспондента «Фонтанки»). На популяциях рыбы и птицы эти явления сказываются не лучшим образом, да и деревья в Тарховском лесопарке тоже страдают.
Вызвано же это тяжелое положение бывшей курортной зоны исключительно строительством КЗС. По-видимому, Шуйский искренне забыл о многочисленных публикациях в советских газетах о том, что никакого ущерба экологии дамба не нанесет – что интересно, безопасность ее строительства доказывалась с помощью того же набора аргументов, какой сейчас применяется для намыва в Курортном районе. Специалисты «Эко-Экспресс-Сервиса» пообещали, что когда «Северо-Запад Инвест» приступит к работам, весь опасный грунт вывезут (дорога пройдет на расстоянии 15 метров от жилых домов), вместо него насыплют новый берег (4 метра высотой), и атмосфера оздоровится.
Правда, для этого придется вырубить 4,5 тысячи деревьев и около сотни тысяч кустов, но без потерь в таком грандиозном деле не обойтись. «Конечно, придется разрушить несколько гнездовий и нерестилищ, - развел руками Шуйский. – Но мы потом организуем специально для птиц и рыб новые, а на время строительства они переместятся на другие места (где именно – пока неизвестно. - Прим. ред.)». «А как вы собираетесь им это объяснять? – с интересом спросили из зала. – Это все же не собаки…». Но отвечать на этот вопрос эколог счел ниже своего достоинства. Зато пояснил, что компании придется затратить 802 миллиона рублей на компенсацию нанесенного экологии ущерба. А дополнительно инвестор намерен выпустить в залив 7,5 тысяч двухлетних мальков лосося («Зачем?» - с искренним недоумением спросили из зала, но ответа и на этот раз не получили).
Выяснилось и еще одно неприятное обстоятельство. Оказывается, уровень шума во время строительных работ превысит существующие нормы, причем 54 дома уберечь от этих помех не удастся никакими шумозащитными экранами. На этих зданиях, пообещал Шуйский, установят дополнительные стеклопакеты. Конкретных адресов он, впрочем, не назвал. Зато заверил, что инвестор обязательно сохранит Тарховский лесопарк, а, возможно, создаст и еще одну особо охраняемую природную территорию – чтобы уберечь побережье от дополнительной застройки.
«Послушайте, что вы нам все про птиц и рыб рассказываете? – возмутилась сидевшая рядом с корреспондентом «Фонтанки» жительница Лисьего Носа. – А люди что, вам уже не важны? Расскажите, что строить будете!» Зал горячо поддержал, но в ответ в первый раз прозвучала фраза про «предмет сегодняшних слушаний». «А если кому-то что-то не нравится, - поддержал Герман Згибай, ранее подвизавшийся в Петроградской администрации, а ныне занявший пост замглавы Приморского района, – тот может покинуть зал».
«Как же так? – растерянно обратилась женщина к автору этих строк. – Мне пришло приглашение обсудить проект намыва, там не было ни слова про экологию!» В доказательство своих слов она предъявила бумажку – информация на ней действительно была сведена к минимуму – текст гласил, что обсуждение проекта состоится в 15 часов в администрации, без каких-либо подробностей. Оказалось, что как минимум половина пришедших на мероприятие меньше всего интересуется экологией, а желает знать, что хорошего принесет им будущий намыв.
Згибай объявил следующего выступающего: «Георгий Гивович Гогоберидзе, доктор наук, университет – не пойму какой» (Университет оказался, как выяснилось, довольно известным – гидрометеорологическим. Зато оратор, хоть и доктором наук, но экономических). Он бодро предложил залу разделить проблему на две части: «Да, сейчас будет трудно, зато в будущем этот район получит новый толчок для развития, экономика проекта просто чудесная! Ведь когда идет стройка, это всегда трудно и много грязи, но кто из нас не хотел бы жить в новом доме!»
Зал энтузиазма не разделил. «Послушайте, меня всю жизнь призывают потерпеть во имя светлого будущего! – возмутился глава муниципального образования Горская-Александровская Вадим Новопашенный. – А жить-то когда мы будем?» Он прочитал коллективное обращение жителей Александровской с требованием остановить проект, положил его на стол президиума и покинул зал.
Слово дали представителю Всероссийского общества охраны природы Владимиру Теттельману, который и сообщил, что ВООП было чрезвычайно озабочено общественным возмущением по поводу предстоящего намыва, поэтому для изучения выполненного «Эко-Экспресс-Сервис» ОВОС создало специальную комиссию – в нее вошли биологи, гидрологи, геологи и экологи из МГКУ, Гидрометеорологического института и СПбГУ. «Мы работали два месяца и подготовили вот такой том (он показал залу увесистую папку в красном переплете) замечаний, которые я передам в президиум», - пообещал он, отметив, что компенсация за нанесенный ущерб должна быть как минимум в два раза больше, чем рассчитал инвестор, который, как выяснилось, не учел очень многих обстоятельств.
К критикам ОВОС присоединился и специалист с мировым именем – первый вице-президент Восточно-Европейской Ассоциации акустиков Андрей Ахматов. «Вы знаете, - заявил он. – Я совсем недавно принимал участие в срочной корректировке проекта ЗСД, при подготовке которого были допущены очень серьезные ошибки. И у вас точно такая же история – у вас слишком серьезно нарушены нормы и по шумам, и по инфразвуку». Из первого ряда поднялась юная блондинка, назвавшаяся специалистом по акустике «Эко-Экспресс-Сервис», но разговор с ней не получился. На все вопросы Ахматова неизбежно следовал ответ: «Дома, огражденные шумозащитными экранами, становятся шумозащитными домами в соответствии с нормами, утвержденными нашим законодательством». После четвертого повторения этой фразы диалог как-то сам по себе прекратился.
Впрочем, высказались экологи и в защиту проекта. Вначале выступил председатель Общественного экологического совета при губернаторе Ленобласти Сергей Лисовский. Он попытался доказать, что возражения против намыва не несут конструктивного характера, но был изгнан с трибуны за настойчивый пиар издаваемой им газеты. Игорь Агафонов, представитель общественного движения «Эковахта», созданного этим летом, сосредоточился не столько на намывных работах, сколько на критике деятельности справедливоросса Анатолия Кривенченко в 90-е годы.
В свою очередь, сам Анатолий Кривенченко, чьим козырем во время избирательной кампании стала именно борьба с намывом (и, как показали результаты выборов, ставка оказалась вполне успешной), на нападки не реагировал. А с удовольствием сообщил собравшимся, что по одному из постановлений, принятых Валентиной Матвиенко перед уходом с поста губернатора, из городского бюджета на создание инженерной инфраструктуры будущих намывных территорий уже выделено 160 миллионов рублей, а планируется еще 270. И добавил, что с третьей попытки инициативному комитету «Чистый залив» удалось зарегистрировать заявление о проведении общегородского референдума о необходимости проекта.
После чего потребовал назвать имена учредителей компании «Северо-Запад Инвест», но получил традиционный ответ о предмете слушаний. «Хорошо, - проявил упорство Кривенченко. – Тогда назовите автора этой идеи! Ведь кому-то она пришла в голову». Защитная броня Михаила Черепанова дала трещину, и он, изменив привычной формулировке, ответил: «Решение принималось на самом верху! Потом его утвердил Совет Федерации, потом ЗакС Петербурга, а затем город провел аукцион на право освоения новых земель». «То есть, автор идеи Владимир Путин?» - уточнил настойчивый справедливоросс, но утвердительного ответа не получил, хотя возражений тоже не последовало.
За спиной у корреспондента «Фонтанки» начали активно обсуждать, сколько подписей необходимо собрать для проведения референдума, а на защиту намыва поднялись жители Приморского района (почему-то не называющие свои имена). «Я – простая домохозяйка, - заявила одна из них. – И мне очень нравится проект! Скажите, как он будет называться?» (название тоже оказалось «не предметом слушаний»). «То, что сейчас творится в Тарховке – это страшно! Уран – и то опаснее! – горячо выступил некий пожилой человек. – И вообще, должен быть свежий воздух, а там сплошная духота!» «И много таких мест в городе, - продолжал он о наболевшем. – Вот Графский пруд – его давно пора засыпать! Тропинки, ведущие к Суздальским озерам, – тоже засыпать надо срочно! Делайте свое строительство, а то рыбок жалко – они же погибнут!»
Третий защитник предложил вспомнить, что намывные работы были гордостью нашей страны еще с советских времен. «Вот посмотрите, например, на Киев! – предложил он. – Сколько было споров, а какой прекрасный город получился теперь! И все мы им любуемся!» На этом эмоциональном заявлении глас народа иссяк. Собравшимся еще раз пообещали, что «корюшка не пострадает», и слушания завершились.
Кира Обухова, Фонтанка.ру